Category: религия

высоко

= Баудолино никогда не был святым =

"Но тут мое хобби подменяется любовью.
Жизнь расколота? Не скажи!
За окнами пахнет средневековьем.
Поэтому я делаю витражи".

(с) Андрей Вознесенский.

"В отличие от многих других тяжелых и болезненных для мировой культуры потерь, смерть Умберто Эко для меня стала еще и личной утратой. Невольно и, разумеется, не подозревая об этом, Эко сыграл огромную роль в моей маленькой частной жизни".
(с) Галина Юзефович.


Вчера умер Умберто Эко.
И вот я остановилась и думаю, скольким в моей жизни обязана его словам.

Эко в числе тех, чьи книги, как это модно сейчас говорить, сделали мою юность; и "Баудолино", конечно, в первую очередь;
с ним я окончательно вступила в эпоху победившего постмодернизма;
с ним впервые отчетливо поймала и отрефлексировала ощущение, которое позже буду внутри себя обозначать строками "чужого рока очарованный свидетель" и "я ранен светлой стрелой, меня не излечат".
На моем кольце, которое прикидывается обручальным, изнутри гравировка "Stat rosa pristina nomine".

Сейчас я мечтаю, что переведут на русский и издадут его бондологические исследования, а еще прикидываю, что надо бы перечитать "Таинственное пламя царицы Лоаны". И моя сегодняшняя печаль похожа на туман, а еще на тоску по весне 2004 года - периоду начала одного головокружительного романа (и "Баудолино" как романа в романе), временам лекций по латыни, средневековой истории и культуре, и бессонных ночей, и фенечек цвета шартрских витражей, и бесконечных репродукций манускриптов 10-15 веков, и столь же бесконечной влюбленности, пронизанной строками Эко, и облетающих яблонь, и цветущей сирени.
От сегодняшней порции кофе (самого крепкого, что подают в "Коффисе") мое сердце щемит, как тогда.



Ииии снижая градус пафоса и печали: а еще Эко - автор одной из лучших известных мне постельных сцен в мировой литературе. Эээ. Двух. Трех. Кто больше.

Фоточка стащена из "Эсквайра".
люди-люди

= алхимическая дуэль с дорогим другом Доменикой =

Кроссоверы, вечные темы, прецедентные тексты, "русский спортсмен разминается красненьким".

Collapse )

АПД. Предыдущая алхимическая дуэль.
Ассоль

= пятнадцать двадцать шесть =

Это как шестнадцать тридцать семь, только личное. 2оо2 год, первый поцелуй, еще одна попытка все перепридумать.

Сказали: флюгер был, да ветер снес. Твой капитан прозрачноглазый Грант. Деревья в метастазах птичьих гнезд, слепившихся, как в гроздья виноград. Беззвучный до тоски пунктир ворон. Ржавеющая старая коса. А небо - не перламутр, не серебро: постиранная мокрая джинса. Убьют, и воскресят, и вновь убьют. И ты своя, но непонятно чья. И родина - чуть зябкий неуют, апрель и запах талого ручья, в слюде запечатленное лицо, стой, мерзни, мокни, вылупляйся из глухих имен, безвестных мертвецов, из улиц деревенских, влажных изб, из их немого стылого нутра, из глины, из помета голубей на колокольне. Это не игра. Убей себя, воскресни, вновь убей. Запомни: нет ни следствий, ни причин, икона не икона, хлам не хлам. И просто неосознанно шепчи: "В деревне Бог живет не по углам". Дай имя землям этим и реке. Дели всю жизнь на здесь и где-то там. Воспоминанье тает вдалеке, простор, туман, и в нем твой капитан. И смутно: прошлогодняя трава, смех детский и клочкастая коза. Твой капитан тебя поцеловал, а ты и слова не могла сказать. В ночи поштучно гаснут огоньки. Шаги бесшумны, запахи горьки. Не выйти дважды из одной реки.
Не выйти дважды из одной реки.
львяк

= oh captain my captain =

1.
в понедельник ты говоришь:
трудно быть ироничным.
во вторник добавляешь:
трудно не быть ироничным.
если приглядеться,
жизнь похожа на выход с больничного,
все непривычное
кажется смутно привычным.

ты до сих пор соблюдаешь
детские суеверия -
к примеру, избегаешь вставать
на щели меж половицами.
в среду ты говоришь:
трудно жить без доверия.
в четверг: начав терять время,
трудно остановиться.

ты считаешь, при виде страха
человеку положено пятиться,
и главное - не повернуться спиной
к пугающему до икоты.
ты говоришь: трудно...
(а уже наступила пятница) -
и я тебя перебиваю:
а что легко-то?

2.
в субботу ты говоришь:
пореже используй слова "типа", "ну" и "как будто",
и вообще старайся молчать везде, где словесный шлак.
и еще - никогда не спрашивай дорогу у будды,
это неправда, что он ответит, что ты пришла.

смыслы его как лес, а лес чересчур запутан,
то, в чем ты не заблудишься - это максимум сад,
так что никогда не спрашивай дорогу у будды,
лучше поищи кого-нибудь из бодхисаттв,

а вообще - сама по возможности разбирайся,
ты большая девочка, знаешь, по каким не ходить местам.
и еще - пиши мне воскресные письма из этих странствий.
я говорю:
так точно, капитан очевидность,
мой капитан.
самолетик

= нафталин =

Стихотворение, с которого начался для меня Аркадий Застырец,
самое любимое у него,
некогда прочитанное в УрГУшном сборнике "Рука на плече", теперь оно звучит внутри меня голосом нашего отца библиотекаря Сэйджа.

Табарен говорил: "Нафталин - это шар;
в глубине сундука ядовит он и светел"
Со слезами во рту Франсуа возражал:
"Нафталин это Бог, нафталин это ветер!"

Не полуночный шаг и беспечный ночлег,
Не настой водяной на серебряных ложках,
Не больной, не апрельский, не сумрачный снег
За булыжной стеной на садовых дорожках.

Табарен говорил: "Нафталин - это смерть;
погостил и пропал, и никто не заметил"
Франсуа закричал Табарену: "Не сметь!
Нафталин это Бог, нафталин это ветер!".

Не стеклянный озноб и размеренный бред,
Не передника в красный горошек тряпица,
Не удара, не крови, не судорог след,
Что в песке оставляет подбитая птица.

Табарен говорил "Нафталин это ложь;
он глаза затуманит и голову вскружит".
Франсуа прошептал "Ты меня не поймешь,
Ты меня не осилишь, тем хуже, тем хуже..."

Не железный венок и означенный звук,
Не горланящий, ночи не помнящий петел,
Не жестокий, не твой, не отрекшийся друг.
Нафталин - это Бог, нафталин - это ветер!

(с) А. Застырец.
забаррикадируйся

= письмо из марта в апрель =

Саше Чеширскому.

Как-то ищуще сразу смотрят: плохо? Не плохо?
Честно сказать, бывает очень по всякому.
Помнишь в ГМИИ скульптуру святого Роха,
Которую я обычно принимаю за Якова?

Потемневшую, насквозь изъеденную древоточцами?
Вот я примерно так же ощущаю жизненный опыт.
А еще - постепенно возрастающей, что ли, точностью.

Выбор из двух теперь - ни одно или оба.

Я пытаюсь теперь ничего не держать в секрете,
Не молчать слишком долго, чаще бывать в дороге.
Забываю плохое максимум день на третий
И люблю слишком многих. Хотя хочу, чтоб немногих.

Вот слова. Вот небо. Вот цветущая ветка.
Вот кольцо на пальце. Вот дом. Все просто и внятно.
Но когда придут ловцы человеков внутри человеков,
Я не знаю, что они выудят из меня там.