Category: россия

беспечно; пролетая над

= не опять, а снова =

Пять дней назад вернулась из Вьетнама. Пора вдохновиться на новые путешествия, пишет мне рассылка от букинг.ком. И я, будучи адептом теории Линор Горалик о рекламе как о гласе Божием, немедленно вдохновляюсь. Накупила вот билетов в Москву. Буду в столице 23-26 февраля - это вторые длинные зимние выходные, которые в производственном календаре РФ четыре подряд такие отрадно красненькие. )

И не потому что в Победе распродажа, а потому что в моей жизни есть дорогой друг, который может сказать: "Сделай мне лучше вот какой подарок: прилетай в Москву".
Повод имеет значение. )

Где живу, пока не знаю. Прибываю во Внуково в 8 утра - и есть версия, что сразу оттуда еду в ГМИИ. "Голоса воображаемого музея Андре Мальро" и Альбера Марке уже не застану, но вот хоть грузинский авангард. Еще обещают капричос Гойи и Дали.

Страшно хочется тако ж сгонять к Сусанне Христофоровне и съесть тарелку харисы.

Ловлюсь по договоренности.
в свете лампы

= "я таскаю любовь, как бумажную розу в петлице, и она прорастает, хотя не должна бы расти" =

"Я таскаю любовь, как бумажную розу в петлице,
и она прорастает,
хотя не должна бы расти.
К нашим окнам давно не слетаются чёрные птицы,
нам в толпе не мерещатся больше дражайшие лица,
но я знаю,
сжимая бумажное сердце в горсти, –
целой жизни не хватит на то, чтоб проститься"

(с) Елена Касьян.

Я таскаю любовь, как бумажную розу в петлице,
и она прорастает,
хотя не должна бы расти.

С момента последнего возвращения из Москвы эти строки обозначают меня.
качели

= веселые картинки =

Моменты года. Много слайдов и воспоминаний, немного самолюбования. Много личной ценности, немного художественной. Довольно странная выборка.

Collapse )
люди-люди

= ура, ура, закричали тут швамбраны все! =

Процесс натягивания презерватива на глобус Украины формирования отпуска из двух недель ноября завершен, билеты куплены, план эвакуации можно назначить планом абсолютной победы. Положение мое таково, что я не летаю самолетами, но поездами езжу. И Самайн встречаю в поезде, все как люблю. ))

1-4 ноября - Казань и Зиланткон.
Живу в КАПО, как в позапрошлом году. С Ксото, как в прошлом году. Зову в гости, хожу в гости, все в стиле "астрологи объявили неделю экстраверсии".

5-15 ноября - ТАДАММММ! - Москва.
Утром пятого приезжаю, днем пятнадцатого уезжаю, суета вокруг Казанского вокзала. Есть огромный плюс: в этот раз я точно не опоздаю на самолет! )))
Где живу, пока не знаю. Похоже, мозаично, потому что не хочу ни себя обделять, ни обижать/утомлять кого-то. В Малфой-мэноре буду точно. У Хоки, опять же. Дальше опционально.
Я открыта предложениям про "в гости", "гулять" и "интересное".
Жду увидеть дорогих моему сердцу людей.
Еще собираюсь на прерафаэлитов, пока не отобрали, и на выставку в Кремль. И в "Гиперион". Про хаотично гулять тоже помню.
Хочу много всего!
сирокко

= "каждый морем татуирован" =

Все тот же черновик от 27 июня.
И немного Калининграда, в котором я ни разу не была (но спасибо Реде и Кьяре).


Это сколько же моря здесь, янтаря, песка,
Как отчетлива каждая капля, падающая с весла,
Покидай свой футляр, человечек, свой кокон, свой батискаф,
Слушай шепот, слова, как холодный ствол у виска,
Через год не вспомнишь, как его звали, Александр ли, Владислав.

Две цепочки следов у самой кромки воды,
Отвернешься, глядишь - и как не было ничего,
Этот запах соли и ветра, ракушек, иван-чая и резеды,
Этот край, где люди, сами себе новы и сами себе чужды,
Ощущают друг с другом неожиданное родство.

Настоящее станет прошлым, но не сейчас,
И чему вопреки, так ровно тому же благодаря,
Ты не можешь представить целое, даже зная себя как часть,
Но зато ты сразу умеешь море, ничуть ему не учась,
Твое лучшее лето превращается в капельку янтаря.
сирокко

= вольное воспоминание о Коломне =

В которую мы ездили с Хокой, Сильвер и Тэичкой 10 мая с.г.
По крайней мере, трава - коломенская, конкретная и правдивая (потом даже фотографию покажу). И насыпь, и монастырь, и рельсы, и пчела, и все детали.

А вот "я" и "ты" какие-то другие (возможно, абстрактные, а возможно, не из Коломны, а из аэроэкспресса).

мохнатые как гусеницы стебли
под солнцем неизвестная трава
нас здесь ничто никто не поколеблет
в готовности дышать существовать

в готовности друг другу часто сниться
быть редко но как можем наяву
еще трава чабрец и медуница
а эту я не знаю как зовут

и незачем касаться рвать и резать
и незачем хотеть спешить и лгать
по насыпи идем по ржавым рельсам
вот монастырь дом кузнеца луга

сложи их внутрь фотоаппарата
сложи меня к ним и сочти улов
я не приобретенье не утрата
я форма света эхо чьих-то слов

я ты немного бережно наверно
здесь где утешить значит утишить
гудит пчелой тягучее мгновенье
сочится медом опыта души

нас в запахи и звуки окунает
и делает привычное видней
не знаю как траву назвать не знаю
но позволяю нам ступать по ней

АПД. Вот:

P1170602
я сижу у окна

= сие море великое и пространное... =

Кажется, что на клавиатуре отпечатывается щека,
Когда на щеке отпечатывается клавиатура.

Меня учили, как учат плавать щенка -
Сразу бросив в большую литературу,
Еще объясняли: где мягкие обложки, там мелко и всякая муть,
Много приманок, болото, это почти что принцип,
Там легче, но выше риск увязнуть и утонуть.
Правда, где глубоко, там выше риск раствориться,
Выше риск захлебнуться, глотай за главой главу,
Хватит оглядываться на парты родной камчатки.

Я живу и барахтаюсь. Иногда даже кажется, что плыву.
Иногда мне мерещатся на воде мои отпечатки.
забаррикадируйся

= Свердloveск =

Две полоски
То есть не то что вы все подумали а двойная сплошная
Я родилась в Свердловске
и где он сейчас не знаю
на костях конечно же буги
где рекламно там ярко где строительно слепо
и вот продукт екатеринбургер
упаковка,
я
и два куска хлеба
то есть неба
сидящий в траве кузнечик
и не знаю как не знаю кем это естся
и не знаю какую двойную сплошную мне пересечь бы
чтоб оказаться снова в городе детства
в свете лампы

= часть 1: Москва =

Потому что Москва, в Москву, над Москвой, в Москве,
Ночь как номер в отеле, как лучшее из искусств,
Потому что звезды шершавы на ощупь, меняют цвет,
Потому что сон горяч и сладко-вишнев на вкус,

Ты идешь насквозь через сон, черпая в ботинки снег,
В ритме пульса твердишь: столица, столица, сто...
В темноте у этих деревьев названий нет,
Но луна в их ветвях свила для себя гнездо.

Нарушаешь собой покой Воробьевых гор,
Веришь, веришь, не веришь, на плече поправляешь рюкзак.
Знаешь, что означает - прекрасен, спокоен, горд,
Каково отражаться искрой в его глазах,

А когда моргнет, слетать с непослушных век,
И цитировать Мандельштама, а дальше мрак,
Вот снежинка, как бумеранг, улетает вверх,
Вот Москва, вот ты - вернувшийся бумеранг,

Вот вкус шерри, лед, незнакомые пустыри,
Что ты хочешь сказать - о близости? о любви?
Ничего. Затыкайся. В руки себя бери
И швыряй. И лови. И швыряй, и снова лови.


31 декабря 2012, самолет Москва-Тель-Авив - аэропорт имени Бен-Гуриона - январь 2013, Иерусалим - Екатеринбург.
(все тот же блокнот;
думаю, на этом записи из поездки можно считать разобранными; оставшееся - или чистые замыслы, или малоценные осколки).
я сижу у окна

= власть несбывшегося =

Человек заходит, включает свет,
Варит глинт, садится за ноутбук,
Человек обитает в моей Москве,
На себя примеряет мою судьбу,

По расчету - ошибка вкралась в расчет,
По любви - так не любит, кого люблю,
Я ревниво слежу, а что мне еще,
Вечер зимний черен, а ветер лют,

Завернуться в шарф до самого лба,
Сколько зим пережито в нем, сколько зим,
От метро в переулок течет толпа
И втекает под вывеску "магазин",

Снег идет, перепутаны низ и верх,
Присмотреться - закружится голова,
А внутри незнакомый мне человек,
А снаружи сияет моя Москва,

Стук метро похож на звук кастаньет,
Шаг в вагон, а мнится - на эшафот,
И не надо врать, будто смерти нет,
Потому что она, к сожаленью, вот.